|
 |
|
 |
|
На сайте начато новое голосование. Отвечаем на вопрос "Утоляет ли жажду холодное пиво?". Вот ученые говорят нам, что НЕТ! А как дело обстоит на самом деле? Давайте вместе опровергнем или подтвердим научные выводы! Голосовалка слева под меню. |
|
 |
|
 |
 |
|
 |
|
|
 |
|
 |
|
КЛИЕНТ ВСЕГДА ПЬЯН
(11 мая 2001, Маргарита Мохель, "МК")
Чтобы не столкнуться с “батоном”, нужно быть... прокурором
Радуйтесь, мужики, — вы отмщены! Недавно в Москве закрыли один из самых грабительских вытрезвителей.
Собственно, меньше этих богоспасаемых заведений, дамокловым мечом висящих над каждой особью мужского пола, в столице не стало. Проштрафившийся “трезвяк” просто перевели в другой район. Но зато полностью сменили состав его сотрудников.
Его урок — другим наука...
Место встречи пьяных белорусов
Еще недавно 1-й вытрезвитель УВД Северного округа обслуживал пять районов: Савеловский, Аэропорт, Беговой, Тимирязевский и Хорошевский. В хлебный (в смысле пьяный) Центральный округ экипажам из САО, понятно, ходу не было. За исключением площади перед Белорусским вокзалом. Можно сказать, экипажи по подбору алконавтов (как правило, из двух человек — старшего и милиционера-водителя) слетались к вокзалу, как осы на варенье.
Если судить по журналам учета вытрезвителя за 1999—2000 гг., 90% всех доставленных туда клиентов были задержаны всего в двух местах. В начале Ленинградского проспекта у дома №1 и рядышком, на площади Тверской заставы (уже на территории ЦАО). Какое странное скопление нетрезвых граждан у Белорусского вокзала — при полном их отсутствии у метро “Аэропорт” или на Беговой!
Еще по журналам выходило, что в Северном округе напиваются в стельку только иногородние. Причем граждане одного-единственного соседнего государства, прибывающие в Первопрестольную белорусскими поездами...
Вы поверите, что начало Ленинградского проспекта — главное в Москве место встречи пьяных белорусов? Что гость столицы едва сойдет с поезда, как тут же мчится прямиком за мост, разделяющий два административных округа, и у дома №1 дрожащими руками наливает наконец себе стопарь? Просто кормушка у Белорусского вокзала была самой жирной.
Боевой вытрезвитель занимал 2-е место среди всех вытрезвителей Москвы по основным показателям: “наполняемость” (то есть план) и “дебиторская задолженность” (сбор штрафов). От 3-й улицы Ямского Поля (места, где базировалась дежурная часть) до вокзала — рукой подать. Усадив сразу, в одном месте, в машину 4—5 человек, можно было успеть сгонять туда-обратно несколько раз, выполнить план, да к тому же еще бензин сэкономить.
Но и это не главное! Осведомленные люди подсчитали, что каждой смене перепадало 700—1000 долларов за дежурство (не считая отчислений наверх)...
Технология вымогательства
Технология была проста и незамысловата. Экипажи приезжали на площадь Тверской заставы строго ко времени прихода белорусских поездов. Парковали свои “УАЗы” (“батоны”) аккурат возле пункта обмена валюты, напротив выхода из метро “Белорусская”-кольцевая. И спокойно ждали, когда с платформы хлынет народ с дорожными сумками. Простыми, хоть и поддатыми работягами брезговали. Реагировали лишь на хорошо одетых мужчин, которые, едва сойдя с поезда, сворачивали в обменник.
То, насколько приезжий пьян, “охотников” не заботило: брали всех. В вытрезвителе у клиента — как и следует, при понятых, под протокол, — отбирали и упаковывали в пакет вещи, деньги, ценности. Раздевали до трусов и после формального медосмотра запирали в палату.
Через пару-тройку часов выпускали: протрезвел. Но деньги возвращали уже без всяких понятых. И всегда тех оказывалось на 100—200 долл. меньше...
Конечно, клиенту предлагали расписаться в протоколе, что сумму получил сполна. Не хочешь, браток? Ну, посиди еще сутки — сейчас недосуг, потом мы с тобой разберемся... Милиционеров не зря интересовали приезжие. Они — особенно транзитные пассажиры — оказывались таким образом в жестком цейтноте: “У меня ж билеты на поезд! Я возникать не стану — спасибо скажу, что вообще отпустили! Да меня, считайте, в вашей Москве уже и нету!..”
Вряд ли сотрудники медвытрезвителя №1 были вороватее некоторых своих коллег из других подобных заведений. Просто им однажды не повезло.
10 декабря 2000 года старший сержант Эдуард Куценко (старший по экипажу) и его подчиненный, старшина Владимир Богомолов (милиционер-водитель), заступили на дежурство к десяти утра и через 15 минут уже мчались к безотказной кормушке.
Куценко пошел на вокзал за пьяным, которого нужно было забрать по заявке из местного ЛОВД. Пьяный сидел как зюзя, но выглядел коммерчески бесперспективно. Поэтому Куценко лишь побеседовал с ним и решил, что тот “достаточно хорошо ориентируется в окружающей обстановке”.
Тем временем расторопный Богомолов, оставленный возле “батона”, не сходя с места задержал двух пожилых дядек с белорусского поезда №4. Позже Богомолов понял, что просчитался самым роковым образом: дядьки оказались... москвичами, возвратившимися из командировки в Минск. Они и дали потом показания против “пиратского” экипажа.
А в толпе пассажиров шагали тем временем трое других деловых мужчин в хороших пальто стоимостью в целый автомобиль: Хлопиков, Третьяк и Авчинников. Они приехали в Москву по служебной надобности — на выставку аттракционов и игровых автоматов. В гостинице “Россия” их ждали забронированные номера. Троица свернула к обменнику, а затем поспешила в метро.
Но дорогу ей преградили освободившиеся уже Куценко и Богомолов. Судя по показаниям приезжих, события развивались так:
— В Москве проводится операция “Вихрь-Антитеррор”, — заявили милиционеры. — Так что предъявите-ка документики! Наркотики употребляли? Так-так... Придется проехать в дежурную часть для установления личностей и досмотра вещей. Да вы не волнуйтесь — на 10 минут. Пройдемте в патрульную машину...
Авчинников, одетый попроще, не заинтересовал ментов, и его в “батон” не позвали. Двое других попытались передать ему свои портмоне, но старший сержант Куценко сурово насупил брови:
— Низ-зя! А вдруг деньги пропитаны наркотическим веществом?!
“Батон”, тяжко груженный добычей, тронулся. “Белорусы были абсолютно трезвы и вели себя спокойно и культурно”, — рассказали потом москвичи-свидетели, сидевшие в той же машине.
В вытрезвиловке обманутых белорусов раздели до трусов и заставили дуть в трубку ППС (прибор для определения паров спирта). Один согласился, другой отказался. Но фельдшерица по их возбужденному состоянию и громкой речи (а кто это, скажите, возмущается шепотом?!) определила: клиенты находятся в состоянии средней степени опьянения и потому нуждаются в содержании в условиях стационара не менее трех часов.
В середине дня белорусов отпустили. Добравшись до гостиницы, измученные гости столицы подсчитали убытки: на двоих пропало 12 тысяч рублей. У Хлопикова хапнули заодно электробритву “Хитачи” и одеколон “Армани”...
Кого взяли? Не того!
В прошлом году один чрезвычайно настырный москвич сумел выиграть судебный процесс против вытрезвиловки Южного округа, где его ограбили. К чему это я? К тому, что победы на этом фронте случаются так редко, что кажутся невероятными.
Но белорусы не знали теории вероятности. Едва выйдя на свободу, они обратились в дежурную часть МВД РФ. Оказалось, не напрасно.
В тот же день, 10 декабря 2000 г., Савеловская межрайонная прокуратура возбудила против Эдуарда Куценко уголовное дело по статье “Превышение должностных полномочий”. Недавно это дело передали в суд. А прокуратура направила еще начальнику окружного УВД представление, где было сказано, что сотрудники вытрезвителя №1 в грубой форме игнорировали положения Закона “О милиции”.
Недавно вытрезвитель на 3-й улице Ямского Поля закрыли. Вернее, он будет работать, но в другом районе, с другим начальником и с обновленным составом. На кого же напоролись не в меру жадные менты? Кем оказались “простые белорусы” с выставки аттракционов, сумевшие так весело “прокатить” своих обидчиков?
“Пострадавший” — 27-летний ст. сержант Эдуард Куценко — уверяет, что умудрился споймать кого-то из больших прокурорских чинов Беларуси. В прокуратуре на просьбу подтвердить эту информацию лишь хмыкнули: “Все подробности — в суде”.
Главный виновник “белорусгейта” Куценко пришел в редакцию, чтобы объясниться:
— А знаете, что это дело — заказное?..
— Кто же вас “заказал”?
— Городская прокуратура!
— ???
— Эти белорусы предупреждали, что у нас будут большие неприятности, — горячился милиционер. — Но я же всех подряд брал, кто идет и шатается, а фельдшер ставил “среднюю степень”... Я расписывался в 106-м приказе и должен его исполнять. Руководство от меня требовало именно этого! А они шатались, громко разговаривали, руками размахивали... А насчет того, что их ограбили, — не знаю... Когда их выписывали, я был на маршруте!
Привет из 1985-го
Старший следователь Савеловской прокуратуры Андрей Зорин, который расследовал это дело, убежден: проблема всех вытрезвителей — в устаревших инструкциях. Ведь эти богоспасаемые заведения до сих пор работают по внутреннему приказу МВД №106, специально принятому 30 мая 1985 г. — к началу остервенелой антиалкогольной кампании. (Помните? Горбачев с фужером сока, водка по талонам, таксисты-бутлегеры, гибель крымской лозы, насильственные “общества трезвости” на заводах...)
Приказ №106 отстал от жизни на целую эпоху. В нем, например, сказано, что иностранная валюта в кармане — это признак “причастности к совершению преступлений”. Он разрешает хватать людей не только в тяжелой, но и в средней степени опьянения. При определенном корыстном интересе (иногда) и горячем стремлении милиционеров выполнить план (всегда) экипажи охотно признают “средней степенью” состояние после пары бутылок пива — а что: лицо красное, речь громкая, шаг не вполне четкий... Между прочим, план — это 15 “доставок” в смену!
Я связалась с руководителем всех столичных вытрезвителей — начальником 4-го отдела Управления обеспечения общественного порядка МОБ ГУВД Евгением Сергеевым. Евгений Михайлович сказал:
— Неправильных действий в полном объеме, как сочла прокуратура, я там не усматриваю — хотя некоторые нарушения есть. Поэтому пускай суд разбирает, кто прав, кто виноват!
— А что вы думаете про 106-й приказ?
— И что с ним?
— Ну как же: устарел, говорят. Требует “пресекать нарушения” какого-то “антиалкогольного законодательства”...
— Да ну?! — страшно удивился и не поверил мне начальник.
Пришлось зачитать ему выдержки из приказа...
Куда более либеральный Закон “О милиции”, принятый в 1991 году, разрешает забирать в вытрезвители только хорошо поддатых граждан, которые уже не могут самостоятельно передвигаться и ориентироваться, способны причинить вред окружающим или себе. Но он, к сожалению, не отменяет пресловутого внутреннего 106-го приказа.
А милиция... Милиция всегда действует так, как ей выгоднее.
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
- Для yлyчшения пищеваpения я пью пиво, пpи отсyтствии аппетита я пью белое вино, пpи низком давлении - кpасное, пpи повышенном - коньяк, пpи ангине - водкy.
- А водy?
- Такой болезни y меня еще не было...
| |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Родились:
- 1768 год: Прасковья Ивановна ШЕРЕМЕТЕВА (1768 - 7.3.1803), крепостная актриса, ставшая графиней.
- 1914 год: Луи ДЕ ФЮНЕС (1914 - 27.1.1983), французский киноактер и приколист.
- 1937 год: Эдита Станиславовна ПЬЕХА, эстрадная певица.
- 1964 год: СИ СИ КЭТЧ /Каролина МЮЛЛЕР/ (1964), немецкая поп-певица.
Именинники:
Иакинф, Иван (Иоанн), Памва и Эмилиан (Емилиан).
| |
|
|
|
|
